26 апреля 2018 года

Раздел: Детектив - Детектив - Бушков Александр - Россия, которой не было (том 4)

Россия, которой не было (том 4) - Александр Бушков
 _Этот период в истории России — 1725 1825 годы — с полным на то правом заслуживает наименования Гвардейское Столетие. Потому что как раз от гвардии в те годы зависело многое, очень многое — в том числе, остаться очередному самодержцу на троне или пасть, быть ему живым, или… Государи и государыни, разумеется, правили, восседали на тронах, прикладывая к указам большие печати, объявляя войны и заключая мир, осыпая золотом любимчиков и люто расправляясь с врагами. Но совсем рядом — штык достать может! — все эти сто лет помещалась другая сила, не имевшая никаких писаных прав и полномочий вмешиваться в государственные дела и судьбы государей; сплошь и рядом эта немаленькая сила по имени Господа Гвардия решала судьбу трона, свято веря, что имеет на это полное право. Неписаное. Право это висело на офицерском поясе и называлось «шпага». Впрочем, в ход чаще всего шли не шпаги, а совершенно мирные, на первый взгляд, предметы вроде тяжелых золотых табакерок и шарфов…
Этот период можно датировать предельно точно: с 28 го января 1725 года, когда умер Петр I, до 14 го декабря 1825 года, когда картечь Николая I положила конец Гвардейскому Столетию — блистающему и кровавому, веселому и жуткому, романтичному и насквозь обыденному.
Русскую гвардию этого столетия не раз и не два сравнивали с янычарами. Первым это слово употребил Петр Ш, с тех пор и повелось…
А кто такие янычары? Думается мне, небольшой экскурс в историю будет нелишним…
В середине XIV века никакой Османской империи еще не было, равно как и султанов. Поэтому глубоко ошибочны утверждения вроде «турецкий султан разбил сербов на Косовом поле». Разбить то сербов на упомянутом поле Мурад разбил, но султаном он не был, время султанов еще не пришло…
В середине XIV века на территории нынешней Турции, кое как меж собой уживаясь, помещалось около двадцати княжеств, звавшихся бейлик — больших и маленьких, сильных и слабых. Один из них по имени Османский (от его владетеля Османа, сына Эртогрула) и стал тем центром, вокруг которого постепенно возникала Османская империя. Франция формировалась вокруг Парижа, Россия — вокруг Москвы, Османская империя выросла из Османского бейлика со столицей в крепости Бруса (Константинополь еще оставался в руках византийцев, а Анкара была небольшим городком на пути торговых караванов).
У Османа был сын Орхан — именно он и начал завоевания на Балканах. Причем по весьма примечательной причине: расширять свой бейлик на восток, за счет единоверных соседей, у него не хватало сил, соседи, вульгарно выражаясь, смотрелись гораздо круче. А на Балканах, как частенько у славян водится, междуусобицы и раздробленности оказалось не в пример больше…
Именно Осман бей и положил начало просуществовавшему чуть менее пятисот лет янычарскому корпусу. По его инициативе вместо старой пехоты «яя» был создан отряд в тысячу человек, так и названный без особых затей: «новое войско». По турецки — «ени чери». В русском языке это со временем превратилось в «янычары»…
Первая янычарская тысяча состояла из пленных, главным образом, христиан, и специально купленных для этой цели невольников помоложе, посильнее и посноровистее.
Удивляться этому не стоит. Для невольников, думается, было гораздо предпочтительнее махать саблей в рядах Орхановой армии, чем до скончания века гнуть спину с мотыгой на поле какого нибудь мелкопоместного урода. С одной стороны, солдат постоянно ходит под смертью, с другой же — войско в те времена без всяких оглядок на гуманизм и писаные конвенции (не существовало пока что никаких конвенций) грабило захваченные города, сколько душе угодно. Извечная коллизия: на одной чаше весов — проблематичная смерть, на другой — гораздо более реальные золото, вино и бабы. Ход мыслей тех, кто с охотой в эти игры играл, предугадать нетрудно — всякий надеется, что убьют его, а не соседа…
Пленные тоже без особого сопротивления становились в ряды своих пленителей. Таковы уж были установления эпохи. Никто и слыхом не слыхивал об идее «национального государства», которую только через триста лет внятно сформулирует кардинал Ришелье и начнет претворять в жизнь. На дворе стоял самый обычный феодализм, и совершенно житейским делом считалось перейти от одного владетеля к другому — причем религиозные различия никакой роли сплошь и рядом не играли. Религиозное противостояние и вызванные этим войны тоже были придумкой далекого будущего…
Время шло. Сын Орхана Мурад, сын Мурада Баязид потихоньку полегоньку присоединяли к своим владениям другие бейлики — где дипломатией, где военной силой, где покупкой земель, где династическим браком. Вот их потомки уже звались султанами. Султаны расширяли государство, выхватывая куски везде, где только могли оторвать — взят Константинополь и наречен Стамбулом, захвачены колонии венецианцев и генуэзцев в Крыму, продолжаются завоевания на Балканах…
И повсюду в первых рядах — янычары. Их уже не тысяча — гораздо больше. Мурад вводит систему под названием «девширме». В христианских провинциях Османского султаната, главным образом, на Балканах, раз в три года (или в семь, по разному) принудительно набирали мальчиков и юношей, которых обращали в ислам…

Чтобы прочитать полный текст,
скачайте книгу Россия, которой не было (том 4), Александр Бушков в формате WORD (357 kb.)
Пароль на архив: www.knigashop.ru